Мода войлок

Наш малыш - форум о детях

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Наш малыш - форум о детях » О серьёзном » Записки на кардиограммах


Записки на кардиограммах

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Михаил СИДОРОВ
Записки на кардиограммах.

Эмоции, наблюдения, случайные мысли... Кардиограммы, в силу привычки, кладёшь в нагрудный карман, отчего они всегда под рукой, и после вызова – не всегда, ясное дело, а так, время от времени, – царапнешь на обороте карандашом. Утром перепишешь, сотрёшь каракули с ЭКГ и сдашь, пришпилив её к карте вызова.
Так год. Два. Десять. Двенадцать.
А потом, оказывается, у тебя этого добра — завались!

При просьбе лечь на спину, девять из десяти пациентов поворачиваются спиной вверх.

Во время осмотра могут:
- зевать
- рыгать
- пердеть
- ковырять: а) в носу б) в зубах в) в гениталиях
- говорить по телефону (жестом: подождите!)
- смотреть телевизор
- курить
Они дома, хули.
А когда в поликлинике – ну совершенно другие люди!

Часто, посреди ночи, прикоснувшись, участливо спросят: «Много вызовов сегодня?»
Хочется взять сочувствующего за лицо и отпихнуть как Высоцкий Садальского.

Многие, в натуре, не знают:
- названий своих лекарств
- собственного диагноза
- профиля отделения, на котором лежали
- номера больницы
При этом говорят «не помню», «не разбираюсь» и «нам сказали».

Старательнее всех болеют цыгане. Самозабвенно и артистически.

Стало привычным:
Комната, пациент, юноша у компьютера.
«В контакте», обычно.
Внимает рассеянно, просьбы выполняет предварительно дочитав.
Увозим – спросит: «с тобой поехать?»
Понять можно.
Три сотни друзей.
Всем же написать надо.
Про болезнь близких.

Сорок пять лет, юрист, два высших образования. В двадцатисекундной речи двенадцать раз использовала конструкцию «как бы»

Норма десятилетий – бригада на десять тысяч. Районы растут, вызова лежат на задержке.
Выход?
Изящный. Блистательный.
Одна на четырнадцать.

Коллега. Спокоен и флегматичен. Тридцать лет стажа, видел всё. Непрошибаем.
Ан нет!
Оскорбили на вызове. Ничего особенного – пьяные люмпены, всё как обычно… Но молча вышел, надел перчатки, отыскал, благо недолго, кус мороженного говна и запустил в форточку.
Потом всю ночь пил коньяк.
Один.
Весь пузырь выдул.

Кулибиных меньше, чем долбоёбов.
Последний шедевр – кардиограф. Отечественный.
Перед тем, как печатать, думает пол-минуты.
Вообразите:
Реанимация.
Цейтнот.
Ампулы россыпью.
Кардиограмма ежеминутно.
И всякий раз: «ПОДОЖДИТЕ 40 СЕКУНД».
Охуеть, блядь!
Отослали обратно – ломается, сука, часто…

Ночь. Вызов. Через минуту повтор: скорей! Подрываешься и летишь. Диспетчер по рации: Быстрей – скандалят!
Вываливаешься из кабины, дверь вбок, одной рукой чемодан, другой кислород, на плече кардиограф, дефибриллятор, на другом сумка с реанимацией, папка в зубах, домофон чуть ли не носом: пи-и-и-и…
КТО ТАМ?
Всё. Можно отнести кислород, дефибриллятор, сумку с реанимацией. Расставить неторопливо, подключить шланги. Позвонить снова и зевая войти.
Ничего там нет.
Проверено.
Годами.

И не вставать перед дверью.
Могут пинком открыть.

И уж, конечно, никаких «входите – открыто»
Войдёшь, а там волкодав.
- Ой, простите, я про него забыла…
Ебанутые!

Диспетчера опытны.
- Нет такого дома по этой улице.
Взрыв.
- Да вы… Да я…
- Паспорт откройте.
Пауза.
- Ой, да…
Не часто, честно скажу. Но извиниться – ещё реже.

Храм. Пасха. Эпилептик. Судороги нон-стоп – глубокий статус. Кончилась служба, пошёл народ. По нам, по больному, по батюшке… а тот, наивный, всё подождать их просил, да помолиться во здравие.

Первая минута на скорой: ржут над коллегой – капали ночью, приступ был. Тычут пальцами в ЭКГ, рыдая от хохота, мне же, обескураженному, говорят:
- И у тебя так будет. Лет через десять.
Хмыкнул гордо, а зря.
Как в воду глядели.

… и бесконечные тридцатилетние сучки с головными болями.

Впихнули в нагрудный карман полтинник. Как швейцару. С такой, знаете, превосходцей: на тебе, братец, на сигареты!
А был с получки – достал тысячу, сунул меж пузом и трениками: а это вам, милейший, на погребение!
Пришла жалоба: такой-разэтакий, и даже говном бросался…
Лишили премии на год.

От порога с ехидцей:
- Что-то вы сегодня быстро приехали!
Вот же ж блядь, а?
- Эва как... Ну, тогда мы внизу подождём, в машине – позовёте, когда пора будет…
Готово дело – оскорблёны донельзя.

- Могу я вас попросить воздержаться от фамильярности в адрес человека, в услугах которого вы в данный момент крайне нуждаетесь?
И – удивление:
- Но ведь я ж старше!
Тоже не редкость.
***

С онкологическими как с детьми – предельная искренность!
Никаких недомолвок и без утайки.
Они ж чувствуют.
Если понравится продолжу

0

2

Повторюсь - Это все из книг Михаила Сидорова ,,Записки на кардиограммах,,

О журналах.
Их восемнадцать.
За сутки – подписей восемьдесят.
На днях ввели девятнадцатый.
Учёта журналов.

На станцию пожаловал Госнаркоконтроль.
Помимо комиссии ещё и автоматчик в бронежилете.
Они что думали – мы отстреливаться будем?

По ночам приводят семнадцатилетних с амфетаминовой абстенухой. И лепят горбатого, втирая про дистонию.
Вы не первые, кто приходит с такими симптомами. Давайте честно – что принимали?
Возмущаются исключительно натурально, особенно девочки.
Ну что ж, дистония так дистония – пожалуйте ягодицу...
Через час возвращаются.
Не помогает.
Что вы говорите?
Кто б мог подумать!
Ещё раз: что принимали и сколько?
С неохотой раскалываются.
Почему шифруются? Бестактно, оказывается, о таком спрашивать.

Старики гниют в одиночестве, гордясь успехом детей…

Мальчишкой отсидел в немецком концлагере.
После войны шёл за третий сорт – был на оккупированной территории.
Никаких справок. Паспорт выдали лишь в шестьдесят первом.
В девяностых немцы, раскаявшись, прислали извещение на пособие.
А в департаменте его не нашли в списках.
И попросили подтвердить документами.
Он закатал рукав, показал номер.
Предъявил письмо из Германии.
Сказали, что недостаточно.
Ну, плюнул.
Через пятнадцать лет проблема – недоуплачен налог с пособия.
То есть, кто-то за него получал.
Изловчился.
И нынче, поди, ленточки георгиевские повязывает.
Блядина.

Доктора, одержимого православием, фельдшера избегают – неловко, говорят, за него как-то, перед больными…

Молодые мамы, заспавшие новорожденных.
Обнимут его во сне, а он под тяжестью руки задохнётся.
Маленький же ещё.
Раза три попадал – полпачки потом выкуривал, в один присест.

Перевернулись на скорой.
Легли на бок и, вращаясь, ещё метров тридцать проскрежетали.
Остановились, выбили люк в крыше, вылезли.
Первое, что увидели – руки с мобильниками.
Фотографируют!
Человек десять, не меньше.
Корячились, извлекали больного – никто не помог.
Ходили кругами, ракурсы выбирали.

Псих в равной степени и всемогущ, и беспомощен…

Коллеги. Везли бомжару в больницу и метелили его всю дорогу. Крики писали на диктофон. Вечером пили чай, слушали и смеялись под тортик...

Одной фразой?
Пожалуйста.
- Не, не поедем. Мы вас лучше ещё раз вызовем.

Люди безумны...

Был Рим. Держал мир в кулаке. Строил города, дороги, знания умножал. А потом кончился. В одночасье. Забыли всё. Тысячу лет жгли людей, молились на деревяху и испражнялись там, где приспичило…
Питер. Метро. Технологический институт. Даты на стенах: первый спутник, ядерный синтез, оптический генератор – пол-века назад.
А ныне только: хлеба и зрелищ!
Один в один.
Настораживает.

Taestimonium Paupertatis.

« - Чё, блядь, до хуя умный?»
Повседневное.

«Бить нельзя их, а не вникнут — разъяснять...»
Классическое.

Вызвали ночью и не хотели пускать, пока документы не предъявлю...

Маленький триптих:

I

На глаз – месяц запоя.
А уверяют – три дня.
- Мужик, давай честно?
- Ну, может, четыре…
Насмерть стоят.

II

Никакие.
Аж ссутся непроизвольно.
Но – поголовно:
- Д-да я тока бутылку пива с-сёдня…

III

Ещё раз:
Синь темнит.
Медик догадывается.
Обязан.
Ему, бля, деньги за это платят!


Доброхоты.
Сдёргивают с обеда: «На остановке, в инвалидной коляске».
Что – в коляске?
Не знаю, езжайте.
Мертвецки пьяная побирушка.
- Домой её отвезите...
Ну, не уроды?

Жидкость для труб.
Стакан.
В два приёма.
Пиздец какой-то...

Суррогаты, панкреонекроз, кранты поджелудочной.
Свезли к хирургам.
Месяц, два, и опять он.
Живот в рубцах – еле выжил.
Под сиреной обратно.
Выписку обмывал.


Рабочий посёлок.
Пропитые упыри, плевки, помои из окон.
Дети играют «в пигмалионов».
В подвале, на трубах...

Выросли, поди, спились.

Комиссии.
Юные женщины в макияже.
Запинаясь, читают список и требуют предъявить.
Потом ставят галочки.
Надменны и робки одновременно.
Как им так удаётся?

Центнер живого веса.
- Идите за мужиками – нести надо.
Мнутся.
- А может, мы с вами вдвоём как-нибудь?
Чёрт их знает, а вдруг правда – врождённая деликатность…
Это по поводу последнего поста о Скорой

Госпитализация.
- Едете?
- Н-не знаю… Надо Тамаре позвонить... Алё, Тома? Меня врачи забирают – ехать, как думаешь?
И к этому привыкаешь.

Кафель, хром, крахмал простынь.
Стоит, качаясь, и ссыт на пол…
А римляне, когда убивали, упав, плащом накрывались.
На подвздохах.
Чтоб не глазели.

Никого не трогали, ждали на светофоре.
А он по зебре вихлял, пьяненький.
Увидел, встал напротив – и матом!
Потом всхрапнул, пал оземь и заелозил копытами.
Откачали уёбка.
Мы ж добрые.

Детей только жалко.
Они счастливы.
Им сравнить не с чем.

Звезда.
Вживую.
Пьяная.
Омерзительно.

Бухал всю осень – бросила баба.
Обезножил: умоляет, трясётся...
Лекарим.
- Я ей DVD купил, – успокаиваясь, – фильмов кучу, микроволновку, утюг…
И вдруг – волком:
- Отомщу-у-у-у-у! Х-х-х… атамщу-у-у-у




Наркоманы и алкаши.
Конца краю...
Впечатление – линия партии.

Прямой эфир, конкурс.
Как вы гадите сослуживцам?
Самым оригинальным – по два билета.
Взахлёб, веришь?
Микрофон рвали.
Осматриваешь потом пациента, а в голове: не тебя ли я сейчас слышал?
Конкретно накрыло.

Особняк.
Аритмия.
Купировал, собираюсь.
- А вы не хотели бы у нас дворником поработать?
Ахуй.
Ступор.
Онемел, честно.
Они ж, на голубом глазу, дальше:
- Нам дворник нужен, интеллигентный. Чтоб и пообщаться, и помощь оказать, если что. И зарплата достойная – не то, что ваши копейки...
И главный хит:
- Не понимаю, почему вы отказываетесь?

0

3

знаешь, вот только вчера читала комментарии к статусу в одах - как в поликлинику придешь, так бахиллы надевай, а на дом врача вызовешь, так в ботинках по ковру - так вот там одна дама врач высказалась похоже на это

Kosshechka написал(а):

Во время осмотра могут:
- зевать
- рыгать
- пердеть
- ковырять: а) в носу б) в зубах в) в гениталиях
- говорить по телефону (жестом: подождите!)
- смотреть телевизор
- курить
Они дома, хули.
А когда в поликлинике – ну совершенно другие люди!

скачала почитать

0

4

Айседора написал(а):

а на дом врача вызовешь, так в ботинках по ковру

об этом много где пишут , но сами ведь для врача ничего не приготовили . Те же пакеты можно предложить на ноги надеть, полотенце чистое для врача приготовить и мыло .

Айседора написал(а):

скачала почитать

я вчера весь вечер читала . о многом задумываешься

0

5

Kosshechka написал(а):

об этом много где пишут , но сами ведь для врача ничего не приготовили

вот именно... просто кто-то пошутил, а народ у нас какой - -лишь бы обосрать кого...
вот сколько раз вызывали врачей, разные приходят, но еще никто не заперся в обуви на ковер (хотя у нас это ковром назвать трудно, но все-таки).. последний раз скорую вызывали, так врач попросил табуретку в коридор, чтобы не заходить в комнату.. а так у меня бахиллы всегда в коридоре на видном месте, все врачи надевают... и руки моют всегда, а одна ходит со своими салфетками, протирает руки...
плохое всегда можно найти, а вот вникнуть в то,  с чем врачам приходиться сталкиваться ежедневно, не каждый может

0

6

Айседора написал(а):

плохое всегда можно найти, а вот вникнуть в то,  с чем врачам приходиться сталкиваться ежедневно, не каждый может

есть такие люди , которым нравится обсасывать плохое . Расскажи им 150 хороших историй про врачей и они их не запомнят . Но ктото написал про плохого врача и всё куча репостов и все негодуют!
У нас тоже всегда врачи просили что-то на ноги , или проносили с собой бахилы. Даже сесть на край дивана они отказывались , тк по дивану ребёнок ползает.
Вообще работа в скорой очень тяжелая . У меня маму много раз звали , но она ни в какую . Хотя у неё есть опять и в хирургии и в психушке , но она говорит в скорой намного тяжелее.

0

7

Айседора написал(а):

вот сколько раз вызывали врачей, разные приходят, но еще никто не заперся в обуви на ковер (хотя у нас это ковром назвать трудно, но все-таки

лично у меня из поликлиники врачиха такая была, и руки не мыла и в обуви на ковер, причем пришла на вызов к ползунку с кишечкой!!!

Kosshechka написал(а):

но она говорит в скорой намного тяжелее

это разные работы))  на скорой ты как дурак вечно таскаешь чемодан и посидеть некогда в этом вся тяжесть   ну и не знаешь куда приедешь,  а в стационаре знаешь кто где лежит и когда кому чего дать

0

8

belka2010 написал(а):

а скорой ты как дурак вечно таскаешь чемодан и посидеть некогда в этом вся тяжесть

маму больше не это пугает .  А именно бомжи , крутые и сильно умные . Да и вообще хамское поведение большинства народа к медикам .

0


Вы здесь » Наш малыш - форум о детях » О серьёзном » Записки на кардиограммах


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC